Несколько лет назад International Lunar Research Station (ILRS) чаще всего описывали как китайско-российский проект лунной базы. С тех пор программа заметно изменилась. Китай продолжает развивать её как международную инфраструктуру для исследований Луны, число партнёров выросло, появились планы по энергетической системе и использованию местных ресурсов, а ключевые миссии Chang’e-7 и Chang’e-8 должны заложить основу будущей станции.
При этом сама ILRS пока не существует на Луне. По нынешнему китайскому плану базовая конфигурация станции должна быть сформирована к 2035 году в районе южного полюса Луны, а расширенная — к 2045 году. Первоначальная инфраструктура будет преимущественно роботизированной и рассчитанной на длительную автономную работу с перспективой последующего присутствия людей.
Что такое ILRS
International Lunar Research Station — международная научно-исследовательская инфраструктура, инициированная Китаем. В официальной концепции она должна объединить объекты на поверхности Луны, элементы на лунной орбите и наземную инфраструктуру на Земле.
Задачи ILRS гораздо шире, чем просто строительство нескольких жилых модулей. Китай предусматривает исследования геологии и внутреннего строения Луны, наблюдения с поверхности, изучение окололунного пространства, фундаментальные эксперименты, а также использование местных ресурсов — прежде всего реголита и потенциальных запасов воды.
В состав будущей инфраструктуры должны войти системы энергетики, связи и управления, навигации, транспортировки грузов и аппаратов между Землёй и Луной, средства передвижения по поверхности и наземный комплекс поддержки. При этом станция должна работать длительное время без постоянного присутствия экипажа, а люди смогут подключаться к её работе на последующих этапах.
От Китая и России к более широкой международной программе
Первоначально ILRS действительно создавалась как совместная китайско-российская инициатива. В марте 2021 года Китай и Россия подписали меморандум о сотрудничестве в создании станции, а в июне того же года представили дорожную карту и руководство для потенциальных партнёров.
В дальнейшем проект стал заметно шире. Китай начал заключать соглашения с другими государствами, научными организациями и университетами. При этом официальная китайская риторика подчёркивает, что ILRS является инициированной Китаем международной программой, а не исключительно двусторонним китайско-российским проектом.
Какие страны присоединились к ILRS
На национальном уровне к программе присоединились 13 государств. Помимо Китая и России, в список входят Венесуэла, Южно-Африканская Республика, Азербайджан, Пакистан, Беларусь, Египет, Таиланд, Никарагуа, Сербия, Казахстан и Сенегал.
| Страна | Год присоединения |
|---|---|
| Китай | 2021 |
| Россия | 2021 |
| Венесуэла | 2023 |
| ЮАР | 2023 |
| Азербайджан | 2023 |
| Пакистан | 2023 |
| Беларусь | 2023 |
| Египет | 2023 |
| Таиланд | 2024 |
| Никарагуа | 2024 |
| Сербия | 2024 |
| Казахстан | 2024 |
| Сенегал | 2024 |
При этом китайская сторона в 2025 году сообщала уже о 17 странах и международных организациях, участвующих в проекте, а также более чем 50 научных учреждениях. То есть официальный китайский показатель охватывает более широкий круг участников, чем перечень государств, непосредственно присоединившихся к межгосударственной части программы.
Среди организаций и институтов, которые получили возможность участвовать в отдельных направлениях ILRS, есть структуры из ОАЭ, Швейцарии, Индонезии, Панамы и других стран. Такой формат позволяет подключаться к проекту не только на уровне национальных космических агентств, но и через отдельные научные и инженерные программы.
Почему важен южный полюс Луны
Район южного полюса выбран не случайно. Здесь расположены глубокие кратеры, некоторые участки которых практически не получают солнечного света. В постоянно затенённых областях могут сохраняться залежи водяного льда и других летучих веществ.
Вода представляет интерес не только как объект научного изучения. При наличии подходящей технологии её можно было бы использовать как источник питьевой воды, кислорода и, после разделения на компоненты, водорода и кислорода для ракетного топлива.
Поэтому китайская программа рассматривает южный полюс одновременно как научный объект и как потенциально важный район для будущей инфраструктуры.
Chang’e-7 — следующий большой шаг
Ключевой миссией на пути к ILRS должна была стать Chang’e-7. Китай планировал запустить её в 2026 году для комплексного исследования южного полюса Луны.
Аппарат должен использовать сразу несколько способов исследования: орбитальный аппарат, посадочную платформу, луноход и небольшой аппарат для перемещения в труднодоступных районах. Особое внимание уделяется постоянно затенённым областям, где может находиться водяной лёд.
В августе 2026 года Chang’e-7 уже была доставлена на пусковой комплекс вместе с ракетой Long March 5. Однако 23 августа китайская сторона объявила, что миссия не соответствует условиям для запуска в запланированное окно и в 2026 году не состоится.
Причина в официальном сообщении не раскрывалась. Таиландский Национальный астрономический исследовательский институт, чей научный прибор CE-7 MATCH должен отправиться на борту Chang’e-7, позже сообщил, что из-за тайфуна Narra запуск пришлось отложить, а требуемые условия освещения для выбранной траектории к району кратера Шеклтон уже не могли быть обеспечены в 2026 году. Следующее подходящее окно ожидается в 2027 году.
Таким образом, один из ключевых элементов программы ILRS сдвинулся минимум на год.
Chang’e-8: проверка технологий для будущей станции
Следующим этапом должна стать миссия Chang’e-8, которую Китай планирует примерно на 2028 год. Её задача уже заметно ближе к созданию инфраструктуры, чем у обычной лунной научной станции.
Chang’e-8 должна провести эксперименты по использованию местных ресурсов — так называемой технологии ISRU (In-Situ Resource Utilization). Речь идёт о создании полезных материалов непосредственно из лунного сырья и проверке технологий, которые в будущем можно применять при строительстве и обеспечении лунной базы.
В китайских планах Chang’e-7 и Chang’e-8 рассматриваются как важные элементы базовой конфигурации ILRS.
Китай уже испытывает технологии строительства на Луне
Подготовка к будущей инфраструктуре идёт не только через автоматические миссии. Китай также проверяет материалы и технологии, которые потенциально можно будет использовать непосредственно на Луне.
Одним из таких экспериментов стали образцы «лунных кирпичей», изготовленные из материалов, имитирующих реголит. Их отправили на китайскую космическую станцию Tiangong в 2024 году и подвергли длительному воздействию вакуума, радиации и резких перепадов температуры.
Первые образцы вернулись на Землю в ноябре 2025 года на борту корабля Shenzhou-21. Исследователи изучают, как материал переносит условия космоса, чтобы оценить его пригодность для будущего строительства.
В 2025 году китайские исследователи также представили прототип установки, способной концентрировать солнечную энергию для плавления имитатора лунного грунта и формирования из него строительных элементов. Такие разработки рассматриваются как потенциальная основа для будущего строительства с использованием местных материалов.
Энергия — один из главных вопросов ILRS
Любая долговременная инфраструктура на Луне сталкивается с проблемой энергоснабжения. Южный полюс отличается сложным рельефом и длительными периодами освещённости и темноты, поэтому одной солнечной энергетикой обеспечить всю будущую инфраструктуру будет непросто.
В мае 2025 года Китай и Россия подписали меморандум о сотрудничестве в создании энергетической установки для ILRS. Российская сторона рассматривает её как свой вклад в энергоснабжение будущей станции.
В декабре 2025 года «Роскосмос» сообщил о заключении государственного контракта с НПО имени Лавочкина на разработку российской лунной энергетической установки с завершением работ к 2036 году. В проекте должны участвовать «Роскосмос», «Росатом» и Курчатовский институт.
При этом говорить, что ядерный реактор уже утверждён как готовый элемент будущей станции с определёнными параметрами и датой доставки, пока преждевременно. Подтверждено сотрудничество по созданию энергетической установки и соответствующие российские планы, но подробная конфигурация будущей системы и её лётная реализация пока не раскрыты.
Что Россия делает в рамках ILRS
Россия сохраняет участие в программе и продолжает сотрудничать с Китаем по отдельным научным и инженерным направлениям.
В 2025 году стороны договорились установить российский прибор для исследования лунной пыли на аппарате Chang’e-7. Российские научные инструменты также планировалось включить в состав будущих миссий Chang’e-8.
При этом масштаб российского участия в ILRS сегодня правильнее описывать через конкретные совместные проекты, а не как равное распределение всей программы между Москвой и Пекином. Основная разработка и реализация китайской лунной программы остаётся за Китаем, а Россия участвует в отдельных элементах — научных приборах, энергетике и совместном планировании.
Китайский лунный экипаж — ещё один элемент общей программы
ILRS тесно связана с национальной китайской программой пилотируемого освоения Луны, хотя эти проекты не являются одним и тем же.
Китай планирует высадить своих астронавтов на Луну примерно к 2030 году. Для этого создаются новая ракета Long March 10, пилотируемый корабль Mengzhou, лунный посадочный аппарат Lanyue, скафандры и другая инфраструктура.
Данные Chang’e-7 и Chang’e-8 должны помочь в выборе подходящих районов и проверке технологий для дальнейшего освоения южного полюса. В перспективе пилотируемые экспедиции смогут использовать создаваемую инфраструктуру ILRS, но это не означает, что сама станция к 2035 году будет постоянно обитаемой.
Когда появится ILRS
Китайская концепция предусматривает два основных этапа.
- 2021 год — запуск международного проекта. Китай и Россия подписали соглашение о сотрудничестве и представили дорожную карту ILRS.
- 2023–2024 годы — расширение международного участия. К проекту присоединился целый ряд новых государств, включая страны Азии, Африки, Ближнего Востока и Латинской Америки.
- 2024 год — уточнение архитектуры. Китай официально представил более подробную концепцию, согласно которой станция будет включать элементы на поверхности Луны, на лунной орбите и на Земле.
- 2026–2027 годы — Chang’e-7. Исследование южного полюса Луны, поиск воды и других ресурсов, испытание технологий посадки и работы в постоянно затенённых областях. После переноса запуск ожидается в 2027 году.
- 2028 год — Chang’e-8. Проверка технологий использования местных ресурсов и подготовка отдельных элементов будущей базовой инфраструктуры.
- 2030 год — планируемая высадка китайских астронавтов. Эта программа развивается параллельно ILRS и должна обеспечить Китаю опыт регулярных пилотируемых операций на поверхности Луны.
- 2035 год — базовая конфигурация ILRS. По китайскому плану к этому сроку в районе южного полюса должна появиться роботизированная научная инфраструктура с энергетической, коммуникационной и транспортной системами и возможностью длительной автономной работы.
- 2040-е годы — расширение. Предусматривается создание более крупного комплекса, включая орбитальный элемент, расширение научной и ресурсной инфраструктуры и повышение возможностей для длительного присутствия человека.
ILRS и Artemis — две разные модели освоения Луны
На практике сегодня формируются две крупные международные архитектуры лунного освоения — китайская ILRS и американская программа возвращения на Луну, архитектура которой в 2026 году претерпела существенные изменения.
ILRS инициирована Китаем, а Artemis и связанные с ней лунные программы США развиваются под руководством NASA. При этом граница между двумя группами не является абсолютно жёсткой: некоторые государства могут сотрудничать с Китаем по отдельным лунным проектам и одновременно участвовать в Artemis Accords.
Американская архитектура, которая ранее предусматривала использование лунной станции Gateway как промежуточной инфраструктуры для экспедиций на поверхность, в 2026 году была пересмотрена. NASA объявила о закрытии программы Gateway и переходе к архитектуре, ориентированной непосредственно на создание постоянной базы на поверхности Луны. При этом коммерческие программы доставки грузов и научных аппаратов, включая CLPS, продолжаются и теперь интегрируются в новую Moon Base Program.
Поэтому сравнивать ILRS с прежней архитектурой Artemis уже некорректно. Китай делает ставку на последовательное создание роботизированной инфраструктуры вокруг южного полюса Луны, тогда как США в 2026 году перестроили собственную программу вокруг более непосредственного создания лунной базы и коммерческой доставки грузов и оборудования.
Что реально существует сегодня
Если убрать концепт-арты будущей базы и посмотреть только на то, что уже сделано, картина получается значительно скромнее.
У Китая есть успешные миссии Chang’e, включая возвращение образцов с обратной стороны Луны в рамках Chang’e-6. Созданы и испытаны системы связи и навигации для лунных аппаратов, включая спутник-ретранслятор Queqiao-2. Проводятся эксперименты с материалами для будущего строительства, развивается пилотируемая лунная программа и создаётся инфраструктура для будущих миссий южного полюса.
Но самой ILRS на Луне пока нет. Нет построенной энергетической станции, жилого комплекса, постоянной транспортной системы и работающего лунного научного центра. Всё это должно появиться в результате серии будущих миссий.
Что может изменить перенос Chang’e-7
Перенос Chang’e-7 на 2027 год сам по себе не означает кризиса всей программы ILRS. Китай сохраняет общий ориентир на создание базовой конфигурации станции к 2035 году, а отложенное окно Chang’e-7 означает прежде всего изменение графика одной из ключевых подготовительных миссий.
Однако эта задержка показывает важную особенность программы: ILRS состоит из множества последовательных элементов, и каждый из них должен работать с высокой надёжностью. Исследование южного полюса, поиск воды, демонстрация использования местных ресурсов, создание связи, энергетики и транспортной инфраструктуры — всё это не отдельные проекты, а части одной цепочки.
В ближайшие годы именно Chang’e-7 и Chang’e-8 будут лучшими индикаторами того, насколько быстро китайский план превращается из концепции в реальную лунную инфраструктуру.
Поэтому сейчас ILRS правильнее воспринимать не как «китайскую базу на Луне, которая появится к 2035 году», а как долгосрочную программу создания роботизированной международной исследовательской инфраструктуры на южном полюсе Луны. До настоящей лунной базы ещё далеко, но отдельные элементы будущей системы Китай уже начал создавать и испытывать.
